Без права на прощание: украинские женщины остаются наедине с перинатальной утратой

Жестокая реальность украинских медицинских учреждений: более 65% женщин, переживших трагедию утраты ребенка еще до рождения или сразу после него, лишены возможности попрощаться с малышом. Еще более угнетающим является тот факт, что почти 80% украинок не получили ни одного предложения психологической помощи. Эти цифры – не просто статистика, а свидетельство глубокой системной проблемы, оставляющей глубокие раны на душе матерей.

Такие неутешительные выводы содержатся в масштабном исследовании «Выкидыши, мертворождения и смерть новорожденных: опыт семей в медицинских учреждениях Украины», проведенном общественной организацией «Безопасные роды» в период с марта по май 2026 года. В исследовании приняли участие 516 женщин, столкнувшихся с перинатальной утратой в 2021–2026 годах, и 308 медицинских работников.

Непонимание и обесценивание: травма, которая углубляется

Исследование выявило, что значительная часть опрошенных женщин (57,6%) сталкивались с непониманием или откровенным обесцениванием своего горя. Еще 54,5% женщин подвергались избеганию разговоров о потерянном ребенке, а 46,8% чувствовали давление общества, которое ожидало, что они должны «забыть» пережитые страдания и как можно быстрее вернуться к нормальной жизни. Этот травматический опыт углублялся через циничные высказывания вроде «еще родишь», «у тебя есть другой ребенок» или обесценивающие фразы «это еще не ребенок». Такое отношение не только уменьшало значимость утраты, но и отрицало само существование ребенка и материнство как таковое.

Большинство респонденток (более 67%) признались, что чувствовали вину после утраты: 27,6% — часто, а 39,5% — очень часто. Это чувство чаще всего возникало из-за собственных сомнений о том, можно ли было предотвратить трагедию, но значительное влияние оказывали и общественные стереотипы о материнстве и высказывания медицинского персонала.

Помимо случаев сочувствия и заботы, женщины также сталкивались с травматичной (19,5%), обесценивающей (18,3%) и даже обвинительной (6,4%) коммуникацией со стороны медицинских работников.

Потребность в помощи, которая остается неоправданной

Как свидетельствуют данные исследования, 78,2% опрошенных женщин не получили предложения консультации психолога или психотерапевта во время пребывания в медицинском учреждении, хотя 63,6% именно в этот момент остро нуждались в такой помощи. Часть женщин была вынуждена самостоятельно искать профессиональную поддержку после выписки. Более четверти респонденток (28,7%) не получили четких объяснений относительно причин утраты, дальнейших медицинских шагов, своих прав, возможностей контакта и прощания с ребенком, а также информации о захоронении и доступной поддержке.

Лишь 34,3% опрошенных женщин имели возможность увидеть ребенка после утраты и попрощаться с ним, тогда как 65,7% были лишены этого. Причем в большинстве случаев такой контакт происходил формально, как часть процедуры подтверждения мертворождения. Примечательно, что 71% респонденток отметили, что медперсонал не объяснял им возможности относительно контакта, прощания или создания памятных вещей.

Исследовательницы также подчеркнули пробелы в действующем законодательстве, которое не устанавливает четкой процедуры передачи родителям тела или останков ребенка в случае утраты беременности до 22 недель. Женщинам могут отказывать в возможности забрать тело ребенка, даже при высказанном желании организовать захоронение. В отдельных случаях причиной такого отказа объясняли тем, что тело считается «биологическим материалом».

Физиологические аспекты утраты и профессиональные вызовы

Появление молока после утраты становилось для многих женщин болезненным продолжением телесной связи с ребенком и напоминанием о ее смерти. Чаще всего лактацию подавляют медикаментозно – об этом способе рассказали 87,7% опрошенных медицинских работников. Естественное завершение лактации предлагается лишь 11% женщин, а возможность донорства грудного молока – лишь 3,9%. Исследование зафиксировало случаи, когда препараты для прекращения лактации предоставлялись без надлежащего обсуждения, а в одном случае медикаментозное прекращение лактации было начато еще до смерти ребенка.

Преобладающее большинство медицинского персонала (76,7%) убеждено, что одной из ключевых проблем в работе с перинатальной утратой является отсутствие четких стандартов. Более половины (56,6%) опрошенных медработников назвали причиной проблем недостаточную профессиональную подготовку. Среди других трудностей они отмечали психоэмоциональную сложность таких ситуаций, собственные эмоциональные реакции и неуверенность в том, как правильно поддержать родителей. Почти половина (44,3%) опрошенных указали на потребность в психологической поддержке самого медицинского персонала.

Примечательно, что 89,6% опрошенных медицинских работников считают целесообразным предоставить родителям возможность увидеть ребенка после утраты. 59,2% поддерживают возможность подержать малыша на руках, а 52,1% – провести с ним некоторое время наедине.

По статистике Министерства здравоохранения, в 2025 году в Украине родились живыми 159 147 детей, а мертвыми — 930. В течение первых 28 дней жизни умерли 353 ребенка, а от 28 дней до одного года – 481 ребенок. Также зафиксировано 3208 самовольных прерываний беременности до 22 недель. В прошлом году во время УЗИ было выявлено 1268 случаев врожденных пороков развития плода, в почти половине из которых (694) беременность была прервана.

Авторки исследования подчеркивают необходимость разработки и внедрения единого национального стандарта сопровождения в переживании перинатальной утраты. Этот стандарт должен охватывать медицинские, психологические, этические, духовные и организационные аспекты помощи семьям на разных этапах. Важно создать условия для возможности видеть умершего ребенка, держать его на руках, проводить с ним необходимое время, а также создавать памятные вещи: фотографии, отпечатки ручек и ножек, пряди волос и т.д. Исследовательницы призывают уделить особое внимание кризисному консультированию в первые часы и дни после утраты, обеспечению доступа к долгосрочной психологической поддержке и группам взаимопомощи. Психологическая, психотерапевтическая и, при необходимости, психиатрическая помощь должна стать неотъемлемой частью сопровождения, а родители должны получать исчерпывающую информацию о доступных возможностях такой поддержки как во время пребывания в медицинском учреждении, так и после выписки.